Алексей Иванов (general_ivanoff) wrote,
Алексей Иванов
general_ivanoff

Categories:

Повествование о Муле

Его имя носят улицы в трёх областных центрах, в том числе в двух миллионниках. Совхоз с колхозом названы в его честь. Целых семьдесят два года имя уголовника, ни единожды не посещавшего театр (равно как и другие культурные учреждения) носил Челябинский театр драмы.

Вчера исполнилось 97 лет со дня его бесславной гибели в станице Изобильная Оренбургского казачьего войска.





...Самуил Моисеевич Цвиллинг (настоящее имя Шмуль Берк Мовшев Цвилинг - с одной "л") родился 13 января 1891 года в Тобольске, в многодетной семье хронического алкаша-парикмахера. Вскоре его мать Рахиль Лея Янкелева Бинина забрала детей и сбежала от синего мужа к богатым родственникам в Омск.
Шмуля отдали учиться в хедер - еврейскую религиозную начальную школу, по окончании которой он поступил в городское училище. Образовательный процесс Шмуль завершил в 12 лет; маманя посчитала, что этого достаточно. Его сплавили к старшему (разница 10 лет) брату Григорию (Гиршу), ранее переехавшему в Иркутск.

Гирш успел уже вступить в РСДРП. На его квартире проходили собрания и печатались листовки. В геволюционную деятельность с головой окунулся и малолетний Шмуль. В четырнадцатилетнем возрасте он вступил в партию. Менее, чем через год впервые оказался за решёткой (Александровский тюремный централ), где плодотворно отсидел пару месяцев. Иркутский генерал-губернатор внёс фамилию Цвилинг в список наиболее опасных лиц, подлежащих выселению из города, но вместо назначенного пункта Гирш и Шмуль снова объявились в Омске.
Здесь они сколотили "политическую" банду из еврейской школоты. Начались грабежи... ой, извините, "экспроприации на нужды революционеров". Гуляли недолго. В мае 1906 года их арестовали. Гирша выслали в Ташкент, а Шмуля - в Томск.
Поднабравшегося специфического опыта пятнадцатилетнего поца радостно встретили томские социал-демократы, эсеры. Несмотря на вопиющий дефицит образования, нахальный приблатнённый Шмуль с ходу влезал во взрослые политические дискуссии, затыкал рот убелённым сединами интеллектуалам, горлопанил, активничал. Во время выборов в Государственную Думу он пытался вести радикальную пропаганду среди рабочих. Приземлённые работяги отмудохали еврейчика и сдали полиции, которая отправила его на краткий отдых в загородное исправительно-арестантское отделение.

Далее несколько месяцев сплошной уголовщины. Налёты, грабежи. Как следствие, рост авторитета в криминальных кругах. Известность в них Шмуль получил под кличкой Муля. Причём его ловили, но архигуманные власти ограничивались высылками (!) "с глаз долой". В эйфории от своей безнаказанности, он добрался до Ташкента, к брату, - вместе они ещё дело провернули. Цвилингов поймали и опять всего лишь высылка. В знакомый Томск. К тому времени сибирские социал-демократы отмежевались от Шмуля с Гиршем, от "несогласованных экспроприаций". Про старшего информация отсутствует, а младший без раздумий киданул РСДРП и временно примкнул к эсерам.

15 октября 1907 года случилось нашумевшее ограбление аптеки. Около 18-00 шестнадцатилетний Муля (до этого уже грабанувший одну аптеку) с другим братом, Беней, застрелили аптекаря и украли 75 рублей. Аптекарь, между прочим, был их дальним родственником. Ночью полиция взяла братьев на квартире еврея Хадзина. При обыске у Мули обнаружили деньги, патроны, паспортные бланки на разных лиц, талонную книжку с оттиском печати Комитета Томского Красного Креста, прокламацию с печатью тобольской революционной группы, письмо от некоего коллеги-уголовника с докладом об ограблении омской телеграфной конторы.
14 января 1908 года суд наконец-таки приговорил Мулю и Беню к смертной казни через повешение. Однако адвокат-соплеменник сумел добиться радикального смягчения наказания. Бене смертную казнь заменили 10-летними каторжными работами. Шмуль Цвилинг вообще отделался 4-летним (как?!) тюремным сроком. Первые два года находился в кандалах, зато в последний год заключения ему разрешалось уходить на 2-3 часа в город без конвоя (!).

Отбыв смехотворный для него срок, Шмуль - отныне Самуил Моисеевич Цвиллинг - женился на Софочке Кержнер. 19 мая 1913 года у них родился сын Лев. Семейство кочевало из Екатеринбурга в Троицк, из Троицка в Сатку. Случайные заработки (даже почти без криминала), призыв в армию. Строевая военная служба в Челябинске, в 109-м запасном полку. На военной службе Цвиллинг поначалу не шалил, не агитировал, отличался угодливостью к высоким чинам. В январе 1917 года тайно восстановил связь с социал-демократами. Мулю выследили и намеревались отправить в действующую армию. Тут, как повествует источник, "ему помог тюремный опыт: он натёр солью под мышками и под глазами и с высокой температурой попал в лазарет".



Грянул Февральский переворот, заставший Цвиллинга в Челябинске. 6 марта 1917 года он впервые выступил на митинге. Запомнился взбудораженным массам ультрареволлюционностью, лютой ненавистью к офицерству, громким, наглым голосом, переходящим на истошный крик. То, что требовалось. Ровно через два дня Мулю избрали товарищем (заместителем) председателя Челябинского Совета рабочих и солдатских депутатов. Он моментально вошёл в роль политического лидера, почувствовал себя вождём. Ежедневная митинговщина научила болтологии. 19 марта Самуила Моисеевича избрали председателем Челябинского городского комитета РСДРП (б). В конце марта-начале апреля ездил в Петроград делегатом на Всероссийское совещание Советов рабочих и солдатских депутатов. По возвращении чистой воды уголовник избран председателем Челябинского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Далеко не всё у Мули складывалось гладко. Не имея ни малейшего представления о хозяйственных вопросах, он просто старался их не замечать. Оппоненты вспомнили его недавние бандитские "подвиги". За него вступились однопартийцы (хотя находились люди, считавшие Цвиллинга провокатором) и местные эсеры (удивительный факт), да и не смотрелся криминал в период страшной смуты как такой уж тяжкий компромат. Гораздо серьёзнее было выдвинутое обвинение в похищении мальчика с целью ритуального жертвоприношения по еврейским обычаям. Возбудили уголовное дело. Однако исполком Челябинского Совета заявил о полном доверии председателю Муле, в результате чего уголовное преследование сошло на нет. Сошло-то сошло, но ситуация в Челябинске вокруг сына парикмахера накалялась.

В июне 1917 года Цвиллинг участвовал в работе Екатеринбургского окружного съезда Советов. В следующем месяце стал членом Уральского областного комитета РСДРП (б); ему, полуграмотному, поручили редактировать уральскую партийную газету. Сославшись на задание партии, он отказался от поста председателя Челябинского Совета и решил остаться в Екатеринбурге. Правда, немедленно рванул в Петроград, в течение недели заседал на VI съезде РСДРП (б). Во время корниловского выступления неожиданно вернулся в Челябинск и возглавил Челябинский комитет борьбы с контрреволюцией.

Накануне октябрьских событий стал одним из руководителей исполкома Уральского Совета рабочих и солдатских депутатов. Был делегирован на II Всероссийский съезд Советов. Вовремя прибыл в Петроград, вовремя оказался в непосредственной близости к большевистской верхушке, вовремя очутился в самом что ни на есть активе революции.

Со съезда Муля поехал правительственным комиссаром в Оренбургскую губернию, контроль над которой установил  не признавший большевиков атаман Оренбургского казачьего войска, председатель войскового правительства Александр Ильич Дутов (первый атаман, объявивший войну большевикам). По приезду комиссар избежал ареста, мелькнул на нескольких митингах. Энергично, используя старые криминальные контакты, взялся за формирование в Оренбурге "красногвардейских отрядов для борьбы с дутовщиной". Героическая борьба обернулась рейдом по банковским кассам (добыча составила 300 тысяч рублей) и попыткой грандиозной общегородской "экспроприации" на десять лимонов.

Казачество во избежание кровопролития предложило Самуилу Моисеевичу и его людям покинуть Оренбург. Ответкой явилось экстренное заседание Советов рабочих и солдатских депутатов в здании Караван-Сарая, принявшее вечером 14 ноября 1917 года решение о создании Военно-революционного комитета (ВРК) во главе с Цвиллингом и о переходе в его руки всей полноты власти.
ВРК постановил арестовать офицеров и юнкеров. Документ ВРК гласил: "Будут расстреляны все офицеры, юнкера и белогвардейцы, арестованные революционным комитетом, независимо от степени их личной вины. ...Если военному штабу станет известно, что какая-нибудь станица окажет содействие контрреволюционным партизанским отрядам приютом, укрывательством, продовольствием и пр., та станица также будет уничтожена беспощадно артиллерийским огнём".
Казаки Дутова окружили Караван-Сарай, избили и арестовали расстрельщиков-энтузиастов.

12 декабря опытный сиделец Цвиллинг в компании с тремя десятками соратников бежал из тюрьмы. 3 января 1918 года он появился в большевистском (с 3 декабря) Челябинске. В городском цирке прочёл доклад "О положении на Оренбургском фронте". Корреспондент газеты "Союзная мысль" писал: "В заключение докладчик говорит о себе и патетически восклицает, что готов принести себя в жертву рабочему делу" (сказал настоящий пролетарий, ага - прим.).
После тяжёлых боёв с отрядами председателя Челябинского ВРК Блюхера и в условиях предательства части казачьей верхушки, 31 января дутовцы оставили Оренбург. "На плечах" Блюхера в город триумфально вступил Муля в качестве председателя Оренбургского Военно-революционного комитета, комиссара Совета Народных Комиссаров Российской Советской Республики. Пик карьеры. Чрезвычайные полномочия, ставка на жесточайший террор, фактический диктатор Оренбуржья - калиф на час. В марте 1918 года экс-Шмуль назначен на должность председателя Оренбургского губисполкома.

Ввиду сказочно сложившихся обстоятельств и открывающихся перспектив, крыша молодого еврея конкретно зашуршала шифером. Цвиллинг поверил в вечный фарт. Плюнув на отсутствие реального военного опыта, он собрал малочисленный карательный отряд с целью большой зачистки Оренбуржья от дутовцев, от сочувствующего им населения. Скакали они, скакали по степи, и попали в примитивную казацкую ловушку.

Единомышленники утверждали о гибели Самуила Моисеевича Цвиллинга в бою (газета "Трудовая мысль": "Председатель исполнительного комитета губернского совдепа С. М. Цвиллинг, отправившийся с небольшим отрядом против восставших казаков, по слухам, убит, ни один красноармеец из отряда до настоящего времени не вернулся").
Согласно противоположной стороне, имели место скорый суд и казнь ("Повстанцы казнили кровавого политического диктатора под Оренбургом").

2 апреля 1918 года сабля войскового старшины Спиридона Васильевича Бартенева завершила существование двадцатисемилетнего убийцы, грабителя, дезертира, революционера-карателя, сына парикмахера Мули.




P.S.
Всё-таки не могу не сказать напоследок.
И Лев Самуилович Цвиллинг, сын уголовника Цвиллинга, и Олег Александрович Дутов, сын атамана Дутова - оба сложили голову на фронтах Великой Отечественной, защищая нашу великую Родину. Олег погиб под Ленинградом. Лев погиб в районе озера Селигер.
Вот так.



.
Tags: история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments